Жизнеописание

Актуальность Дитриха Бонхеффера (1906-1945)

Дитрих Бонхеффер, молодой пастор – символ немецкого сопротивления нацизму, один из тех, кто может поддержать нас на пути веры. В самые темные часы XX века он, отдавший жизнь как мученик, написал в тюрьме слова, которые мы теперь поем на молитве в Тэзе: «Господи, собери мои мысли к тебе. У Тебя свет, не забывай меня. У Тебя помощь, у Тебя терпение. Я не понимаю путей Твоих, но Тебе ведом мой путь».

В Бонхеффере более всего трогает его внутренняя близость к Отцам Церкви, христианским мыслителям первых веков. В своих трудах Отцы Церкви исходили в первую очередь из поиска цельности. Они были способны на глубочайшие интеллектуальные размышления и, в то же время, много молились и полноценно участвовали в церковной жизни своего времени. Все это мы находим и у Бонхеффера. Будучи необычайно одарен интеллектуально, он много молился и до конца своей жизни, каждый день размышлял над Священным Писанием. Как в свое время Григорий Великий, он понимал Священное Писание как письмо, адресованное ему лично. И хотя он происходил из семьи, где мужчины – его отец, братья – были почти агностиками, хотя его Церковь – протестантская Церковь Германии, сильно разочаровала его в эпоху нацизма, и он пострадал из-за нее – все же он полноценно жил в Церкви.

Я буду говорить о трех его работах:

Его диссертация, «Sanctorum Communio» («Общение Святых») выдающаяся для своей эпохи: юный студент 21 одного года пишет догматическое размышление о социологии Церкви, исходя из личности Христа. Основывать на Христе размышление о том, какой должна быть Церковь в то время казалось несообразным. Для него Церковь больше чем институт, это Христос, живущий посреди нас в виде общины. Христос не просто немного присутствует в мире через Церковь, он существует для нас сегодня в виде Церкви. В этом Бонхеффер верен апостолу Павлу. Именно этот Христос взял на себя нашу судьбу, встал на наше место. И именно это «поведение» Христа остается основным законом Церкви: становиться на место оставленных, тех, кто находиться вовне, как Иисус поступал в течение всего своего служения и даже в самый момент Крещения. Эта книга поразительно говорит о заступничестве, молитве о других: молитва заступничества - как кровь, текущая в Теле Христовом. Чтобы выразить эту мысль, Бонхеффер опирается на православных богословов. Он говорит также об исповеди, которая в это время в протестантских Церквях практически перестала существовать. Вообразите: юноша, которому всего 21 год утверждает, что служитель Церкви может сказать нам: «Прощаются тебе грехи», и говорит что это - сущность Церкви: какое новшество в его контексте и окружении!
Вторая работа – это книга, которую он написал, когда был призван на пост директора семинарии для студентов-теологов, готовящихся к служению в Исповеднической Церкви, то есть людей, которых ожидала очень трудная жизнь. Почти все они сталкивались с Гестапо, некоторые были брошены в тюрьму. По-немецки название книги очень краткое: «Nachfolge», следовать («Хождение вслед»). Этим названием все сказано. Как воспринимать всерьез то, что сказал Христос, как не откладывать его слова в сторону, как если бы они относились к другому времени? Эта книга говорит нам: у слова «следовать» нет содержания. Нам бы хотелось, чтобы у Христа была программа действий. Нет! Когда следуешь за Христом, все зависит от личных отношений с Ним: Он идет впереди, и мы – вслед.

Для Бонхеффера следовать за Христом означает признавать, что если Иисус действительно тот, кем он представился людям, Ему, в нашей жизни, все должно принадлежать. Он единственный «посредник». Никакие человеческие отношения не могут преобладать над отношениями со Христом. Бонхеффер цитирует слова Христа о том, что нужно оставить родителей, семью, все блага. Сегодня это немного пугает, и некоторые могли бы укорить автора книги: не дает ли она слишком авторитарный, властный образ Христа? При том мы читаем в Евангелии, скольких людей поражала власть, с которой Христос учил и которой он изгонял бесов. В Иисусе есть власть. Хотя, Сам Он говорит, что непохож на фарисеев, что Он кроток и смирен сердцем, то есть Он страдает и становиться меньшим из нас. Так Он явил себя и за этим смирением и есть подлинная власть.

Вся эта книга построена на мысли: слушать с верой и исполнять. Если мы слушаем с верой, если мы осознаем, что с нами говорит Сам Христос, мы просто не можем не исполнять то, что Он говорит. Если бы вера останавливалась перед исполнением заповеди, она перестала бы быть верой. Тогда она ограничивала бы Христа, которого мы слушали. Конечно, под пером Бонхеффера это может показаться слишком жестким, но разве Церковь не нуждается всегда и вновь в таком слушании? В простом слушании. В прямом, непосредственном слушании и слышании – вере в то, что возможно жить так, как того просит Христос.

Третья работа – это знаменитые письма из тюрьмы, «Сопротивление и покорность». В мире, где Бог не узнан, в мире без Бога, Бонхеффер задается вопросом: как же нам тогда говорить о Нем? Будем ли мы пытаться создать сферу христианской культуры, с некоторой ностальгией погружаясь в прошлое? Будем ли мы стараться вызвать религиозные потребности у людей, которые явно их потеряли? Сегодня можно сказать, что интерес к духовности возрождается, но часто лишь для того, чтобы придать жизни религиозный глянец. С нашей стороны было бы ложью недвусмысленно создавать ситуацию, в которой люди нуждались бы в Боге.
Как же нам сегодня говорить о Христе? Бонхеффер отвечает: нашей жизнью. Поразительно, как он пишет о будущем своему крестнику: «Придет день, когда, быть может, нельзя будет говорить открыто, но мы будем молиться, мы будем делать то, что справедливо, и придет время Божье». Бонхеффер верит в то, что жизнь даст нам надлежащий язык. Мы все можем ощутить сегодня, даже по отношению к самым близким, как трудно говорить о том, что Христос искупил нас, о жизни после смерти, еще сложнее – о Троице. Все это настолько далеко от людей, которым, в каком-то смысле, Бог больше не нужен. Как нам поверить в то, что если мы живем этим, нам будет дан язык? Он не будет дан нам, если мы сделаем Евангелие приемлемым, сузив, ослабив его. Нет, язык будет дан нам, если мы действительно живем Евангелием.

В этих письмах, как и в книге о хождении вслед за Христом, все заканчивается почти мистически. Бонхеффер не хотел бы, чтобы так говорили, но когда речь идет о том, чтобы быть с Богом без Бога, трудно не думать о святом Иоанне от Креста (Хуан де ля Крус), или о святой Терезе из Лизье в том трудном периоде, который она пережила в конце жизни. Именно об этом писал Бонхеффер: оставаться с Богом без Бога. Решиться быть рядом с Ним, когда он отвержен, отброшен. Это делает более значительным все, что он написал. При этом нельзя забывать, что он был оптимистом. В его видении будущего есть что-то освобождающее для христиан. Он умел доверять; слово «доверие» часто встречается в его письмах из тюрьмы.
В тюрьме, Бонхеффер хотел написать комментарий на 118 псалом, но дошел лишь до третьей строфы. Один стих этого псалма может хорошо выразить то, что пережил Бонхеффер: «Близок Ты, Господи, и все заповеди Твои – истина». Дитрих Бонхеффер жил твердой верой в то, что Христос по-настоящему близок, во всех ситуациях нашей жизни, даже самых исключительных. «Близок Ты, Господи, и все заповеди Твои – истина». Мы можем верить в то, что все Твои повеления не только истинны, но и достойны полного нашего доверия.

Брат Франсуа, из Тэзе

Printed from: http://www.taize.fr/ru_article5003.html - 24 October 2019
Copyright © 2019 - Ateliers et Presses de Taizé, Taizé Community, 71250 France