Письмо на 2006 год

Неоконченное Письмо

В день своей смерти, 16 августа, брат Роже позвал одного из братьев и сказал ему: «Запиши-ка эти слова!» Он долго молчал, пытаясь сформулировать мысль. Потом начал: «В той мере, в которой наша община создает в человеческой семье возможности расширить...» И тут он остановился, усталость помешала ему закончить фразу.

В этих словах слышится страсть, которая жила в нем, несмотря на возраст. Что он имел в виду под «расширить»? Может быть – сделать все возможное, чтобы любовь Бога к каждому человеку без исключения, ко всем народам ощущалась сильнее? Он так хотел, чтобы наша маленькая община всей своей жизнью явила эту тайну – в смиренном союзе с другими. Тогда мы, братья, желаем принять этот вызов – вместе со всеми людьми на земле, которые ищут мира.

За несколько недель до смерти он начал размышлять над письмом, которое должно было появиться ко времени встречи в Милане. Он наметил некоторые темы и некоторые свои тексты, над которыми хотел бы поработать. Мы собрали их – такие, какие есть, в это «Неоконченное письмо», переведенное на 57 языков. Оно как последнее слово брата Роже, которое поможет нам идти по дороге, где Бог «расширяет шаги наши». (Пс 17, 37)

Размышляя над этим неоконченным письмом во время предстоящих в 2006 году встреч – будь то в Тэзе, неделю за неделей, или где-то еще, на разных континентах, - каждый сможет поискать ответ: как завершить его собственной жизнью.

брат Алоис

«Мир оставляю вам, мир мой даю вам» [1]: каков этот мир, что дает Бог?

Прежде всего - внутренний мир, мир сердца. Это он помогает нам смотреть на окружающий мир с надеждой, даже если его раздирают насилие и конфликты.

Мир от Бога – это и наша опора, что помогает нам строить, совсем незаметно, мир там, где он под угрозой.

Мир в этом мире так необходим для облегчения страданий, особенно для того, чтобы дети сегодня и завтра не знали горя и беспокойства.

В Евангелии с ослепительной интуицией Иоанн выражает, кто есть Бог, в трех словах: «Бог есть любовь» [2]. Если мы поймем только эти три слова, мы пойдем далеко, очень далеко.

Что пленяет в этих словах? В них сияет непреложное: Бог послал Христа на землю не для того, чтобы судить, но для того, чтобы каждый узнал, что он любим, и мог найти дорогу к общению с Богом.

Но отчего одни охвачены удивлением любви, знают, что их любят и даже лелеют? А другим кажется, что о них забыли?

Если бы каждый понимал: Бог с нами даже в самом бездонном одиночестве. Каждому Он говорит: «Ты дорого стоишь в Моих глазах, Я ценю тебя, Я тебя люблю». [3] Да, Бог может только отдать свою любовь, в этом все Евангелие.

Бог просит нас и нам предлагает – просто принять Его бесконечное милосердие.

Бог нас любит – это порой трудно понять. Но когда мы открываем, что Его любовь – это прежде всего прощение, – сердце умиротворяется и даже преображается.

И тогда в Боге мы можем забыть о том, что беспокоит сердце: вот источник, откуда можно черпать свежесть и новые жизненные силы.

Достаточно ли хорошо мы понимаем: Бог оказывает нам такое доверие, что для каждого у Него есть призвание? Что это за призвание? Он зовет нас любить так, как Он любит. А нет более глубокой любви, чем дойти до самоотдачи – принести себя Богу и другим людям.

У кого жизнь коренится в Боге, тот выбирает любить. А сердце, решившееся любить, излучает беспредельную доброту. [4]

Для того, кто стремится любить в доверии, жизнь наполнена тихой красотой.

Тот, кто сделал выбор - любить и показать это всей жизнью, в какой-то момент задается вопросом – из самых острых, какие только существуют: как облегчить горе и муки тех, кто вблизи и кто вдали?

Но что это значит – любить? Может быть, разделить страдания самых униженных? Да, именно так.

Это значит - бесконечная доброта сердца, это забывать себя для других, в бескорыстии? Да, несомненно.

И опять: что значит любить? Любить – это прощать, жить в примирении. [5] А примириться – это всегда весна души.

В маленькой деревушке в горах, где я родился, жила неподалеку от нашего дома большая семья, очень бедная. Мать умерла. Один из детей, помладше меня, часто к нам приходил, он любил мою мать, она ему была как родная. Однажды он узнал, что они покидают деревню, и для него уехать –это было непросто. Ну как утешить ребенка пяти-шести лет? У него даже не было нужной перспективы, чтобы увидеть какой-то смысл в предстоящей разлуке.

Незадолго до смерти Христос уверяет друзей, что они получат утешение: Он пошлет им Духа Святого, Который будет для них поддержкой и утешением, Который всегда будет пребывать в них. [6]

И сегодня Он тихо говорит в каждом сердце: „Я никогда тебя не оставлю одного, Я пошлю тебе Духа Святого. Даже если ты на дне отчаяния, Я рядом с тобой“.

Если мы принимаем утешение Духа Святого, мы стараемся в тишине и мире предать себя Ему. И когда порой случается что-то страшное, можно пройти через испытание.

Разве мы такие хрупкие, что нуждаемся в утешении?

У каждого бывают потрясения – из-за своих жизненных испытаний или страданий других людей. Все это может поколебать веру и погасить надежду. Чтобы вновь обрести доверие веры и мир сердца, нужно порой быть терпеливым к себе самому.

Есть горе, которое оставляет особенно глубокий след: смерть близкого человека, который нам так нужен, чтобы дальше идти по жизни. Но и такое испытание может преобразиться, и тогда оно откроет нас к сопричастности.

Радость Евангелия может вернуться к тому, кто находится в тесноте скорби. Бог приходит осветить тайну человеческой боли, Он даже приглашает нас стать Ему близкими.

Тогда мы оказываемся на дороге надежды. Бог не оставляет нас в одиночестве. Он помогает нам идти к общению, к сопричастности любви, которая и есть Церковь, столь таинственная и столь необходимая…

Христос сопричастности [7] дает нам этот великий дар утешения.

В той мере, в какой Церковь способна нести исцеление сердца, передавая прощение, сострадание, она делает полноту общения со Христом доступнее.

Когда Церковь стремится любить и понимать тайну каждого человека, когда она неустанно слушает, утешает и исцеляет, она становится тем, что в ней самое светлое: ясным отражением сопричастности.

Поиск примирения и мира предполагает борьбу с самим собой. Это не путь по линии наименьшего сопротивления. Ничто прочное не строится легко. Дух сопричастности не наивен. Он делает сердце шире, это глубокая доброта, он не прислушивается к подозрениям и наветам.

Для того чтобы быть носителями сопричастности, не пойдем ли мы, каждый в своей жизни, по пути доверия и постоянно обновляющейся доброты сердца?

На этом пути будут иногда неудачи. Тогда вспомним, что источник мира и сопричастности - в Боге. Не будем отчаиваться, призовем Его Святого Духа на нашу хрупкость.

И на протяжении всей нашей жизни Дух Святой поможет нам вставать снова и снова, идти от начала к началу, к будущему, где воцарится мир. [8]

В той мере, в которой наша община создает в человеческой семье возможности расширить…

[1Ин 14, 27

[21 Ин 4.8

[3Ис 43,4

[4На открытии Совета молодежи в 1974 году брат Роже сказал: „Без любви - для чего вообще существовать? Зачем жить дальше? С какой целью? Здесь смысл нашей жизни: быть любимыми навеки, до жизни вечной, чтобы и мы, в свою очередь, шли до конца – до самой смерти ради любви. Да, счастлив тот, кто умирает за любовь“. Умереть за любовь – для него значило любить до конца.

[5„Жить в примирении“: в своей книге В ожидании счастья, которая вышла в свет за пятнадцать дней до его смерти, брат Роже еще раз объяснил, что эти слова значат для него: „Могу ли я еще раз сказать на этих страницах, что моя бабушка со стороны матери интуитивно дала мне как бы ключ ко вселенскому призванию, путь к его конкретизации? После Первой мировой войны в ней поселилось глубокое желание – чтобы никому уже больше не пришлось пережить то, что довелось пережить ей самой: христиане сражались друг с другом целыми армиями в Европе, пусть они хотя бы примирятся, чтобы попытаться предотвратить новую войну, думала она. Она происходила из старинного протестантского рода, но, осуществляя примирение в собственной жизни, начала ходить в католическую церковь, нисколько не разрывая отношений со своими близкими. Свидетельство ее жизни запечатлелось во мне, когда я был еще совсем молодым, и я, в свою очередь, нашел мою христианскую идентичность, примирив внутри себя веру моих предков с тайной католической веры, не разрывая единства ни с одной из сторон.

[6Ин 14,18 и 16,7

[7„Христос сопричастности“: брат Роже произнес эти слова еще тогда, когда 5 октября 1986 года в Тэзе принимали папу Иоанна-Павла II: „Наше с моими братьями ежедневное заветное желание – чтобы каждый молодой человек открыл Христа; не Христа в отдельности, но “Христа сопричастности", представленного во всей полноте в тайне, которая есть Его Тело, Церковь. Здесь столько молодых людей могут понять, как отдать всю свою жизнь, до конца. Здесь у них есть все нужное, чтобы строить доверие, примирение, и не только между собой, но со всеми поколениями, от глубоких стариков до детей. В нашей общине Тэзе следовать „Христу сопричастности“ – это как огонь, который нас охватил. Мы готовы пойти на край земли, чтобы искать, вопрошать, призывать, если нужно - умолять, но всегда пребывая внутри этой уникальной сопричастности, которая есть Церковь, никогда извне ее".

[8Последние четыре абзаца – это слова, которые брат Роже произнес в конце Европейской встречи в Лиссабоне в декабре 2004. Это последние слова, которые он произнес на публичном выступлении.

Printed from: http://www.taize.fr/ru_article3035.html - 19 October 2019
Copyright © 2019 - Ateliers et Presses de Taizé, Taizé Community, 71250 France